Шёл господь пытать людей в любовиОсетинский язык

Адæммæ Хуыцау æрцыд фæлварæг,
Сау кусæгау рацæуы, ныггæвз и.
Бындзæфхадыл иу зæронд лæг, къаннæг,
Хус къæбæр йæ мылытæй æвдæрзы.

Бæлццон аив ракодта йæ фæндаг
Къадзони лæдзæгимæ йæ цурты.
Дзуры зæронд: «Цас и, цас, æдзæллаг,
Стонгæй, бецау, бастади, куыд цуды».

Бацыд æм уæдмæ Хуыцау хæстæгдæр:
«Алæ-ма, кæй мæт сæ и, кæй сагъæс».
Зæронд лæг æм бадардта йæ къæбæр:
«Аууил, гъа, æрцæрдзæни дæ, ма тæрс».

Шёл Господь пытать людей в любови,
Выходил он нищим на кулижку.
Старый дед на пне сухом, в дуброве,
Жамкал дёснами зачёрствелую пышку.

Увидал дед нищего дорогой,
На тропинке, с клюшкою железной,
И подумал: «Вишь, какой убогой, —
Знать, от голода качается, болезный».

Подошел Господь, скрывая скорбь и муку:
Видно, мол, сердца их не разбудишь…
И сказал старик, протягивая руку:
«На, пожуй… маленько крепче будешь».