Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях (отрывок)Хантыйский язык

...Хонэл хува номпсал шакас,

Хоты верты?

Турам хося муй ант тыйл;

Таал суп* кеша талал хасяс,

Ялап охшам* хонэл тус.

Ясанг антом, турам сэмат

Ай нэ хоты яна хорам:

Курал хув, путайл аса*,

Веншал поням нови иса.

Си тумпина шенгк ёрасянг,

Понантыты иси кашнг.

Ёлта тувам пормас тайс –

Веншвантысох.

Вешвантсохал шепан соханг –

Ханты сиран потарты хошас.

Лув пилалан туп потартас,

Веншватсохал шалитсаллы,

Ёнттат юкана тайсаллы,

Хорас вантман потарсаллы:

«Лыл шукием, ясты сары,

Тунга сиран потарты малы:

Мув ловатан ма мет тёпанг,

Уртышак па понямием новишакшак?».

Вешвантсохал ёхлы ястас:

«Нанг си, нанг си, ясанг антом,

Мув ловатан мет нанг хови*,

Уртышакшак, шенгкшак нови».

Хоннэ мохты няхты питал,

Порахнгалал шомармиллы,

Сэммиенган сямармиллы.

Луй тай улла сясял лотанг,

Вешнвантсохал пела вантман,

Куранг-ёшанг осьмар туллы.

 

Си кут, ванты, эвлангиел,

Шитамиян энмилыял.

Курал кура ювантыйл,

Ёшал ёша ювантыйл.

Вешал нови, сэм пун путы,

Хоят пела самал лэпат.

Елисей нэмпи хуна каншса,

Ийинэнга* лув лэсятса.

 

Уртытыя, ёх ёхатсат,

Мосты арат нэ тын понтсат:

Тынасты ёх лапат ун воош,

Сот няльянгал хорам хотал.

 

Нэнгат пооры лэты манты,

Хоннэ ямас луматлыйс,

Веншвантсохал пела вантман,

Лув пилалан потартыйс:

«Лыл шукием, ясты сары,

Хой уртышак, метшак нови?».

Вешвантсохал муй ёхлы ястал?

«Нанг си, нанг си, ясанг антом;

Эвлангиен метшак хови*,

Уртышакшак, шенгкшак нови».

Хоннэ сярпман ел навармал,

Айен ёш машк сыхамтал,

Ёшлопна веншвантсох сэнгкал,

Нерсман, сыйнгат хотхар пурнтал!..

«Мата молты тынангкев шук!

Нэман манэм лэпалтылэн.

Хотсат ма кемеман лойл?

Ма лувел сит роммалтылэм.

Ванталан са энмилымал!

Муй ястаты яна нови:

Ангкел патламхот таймалан

Лонсял пела иса вантмал.

Яста сары: муя лувел рахал

Ма элтэма хорам улты?

Тунга яста: ма мет хорам.

Лап нанг керты мунг мувиев,

Куш таланг мир; ма кемем антом.

Ситы?» Веншвантсохал ёхлы нюхмас:

«Эвлангиен метшак хови*,

Уртышакшак, шенгкшак нови».

Муйл верты, ситы ат ул,

Веншал атом ликан хувлас,

Веншвантсохал пунгла ювтас.

Чернавкайл* нётты вохас.

Вохам нэнгала лув партас,

Хоннэ эвланг патлам унта туты,

Ёшлал-курлал такан ярты,

Унши юх вош хося хайты,

Пушенготат* лэтот кеша...

...Долго царь был неутешен,

Но как быть? и он был грешен;

Год прошел как сон пустой,

Царь женился на другой.

Правду молвить, молодица

Уж и впрямь была царица:

Высока, стройна, бела,

И умом и всем взяла;

Но зато горда, ломлива,

Своенравна и ревнива.

Ей в приданое дано

Было зеркальце одно;

Свойство зеркальце имело:

Говорить оно умело.

С ним одним она была

Добродушна, весела,

С ним приветливо шутила

И, красуясь, говорила:

«Свет мой, зеркальце! скажи

Да всю правду доложи:

Я ль на свете всех милее,

Всех румяней и белее?»

И ей зеркальце в ответ:

«Ты, конечно, спору нет;

Ты, царица, всех милее,

Всех румяней и белее».

И царица хохотать,

И плечами пожимать,

И подмигивать глазами,

И прищелкивать перстами,

И вертеться подбочась,

Гордо в зеркальце глядясь.

 

Но царевна молодая,

Тихомолком расцветая,

Между тем росла, росла,

Поднялась — и расцвела,

Белолица, черноброва,

Нраву кроткого такого.

И жених сыскался ей,

Королевич Елисей.

 

Сват приехал, царь дал слово,

А приданое готово:

Семь торговых городов

Да сто сорок теремов.

 

На девичник собираясь,

Вот царица, наряжаясь

Перед зеркальцем своим,

Перемолвилася с ним:

«Я ль, скажи мне, всех милее,

Всех румяней и белее?»

Что же зеркальце в ответ?

«Ты прекрасна, спору нет;

Но царевна всех милее,

Всех румяней и белее».

Как царица отпрыгнет,

Да как ручку замахнет,

Да по зеркальцу как хлопнет,

Каблучком-то как притопнет!..

«Ах ты, мерзкое стекло!

Это врешь ты мне на зло.

Как тягаться ей со мною?

Я в ней дурь-то успокою.

Вишь какая подросла!

И не диво, что бела:

Мать брюхатая сидела

Да на снег лишь и глядела!

Но скажи: как можно ей

Быть во всем меня милей?

Признавайся: всех я краше.

Обойди всё царство наше,

Хоть весь мир; мне ровной нет.

Так ли?» Зеркальце в ответ:

«А царевна всё ж милее,

Всё ж румяней и белее».

Делать нечего. Она,

Черной зависти полна,

Бросив зеркальце под лавку,

Позвала к себе Чернавку

И наказывает ей,

Сенной девушке своей,

Весть царевну в глушь лесную

И, связав ее, живую

Под сосной оставить там

На съедение волкам...